Юмористический рассказ,
основанный на реальных событиях

Я проснулась от того, что мне снился кошмар. Но как только я открыла глаза, я поняла, что уже и не помню подробностей. Яркая круглая луна предательски светила в окно. «Так, — раскинула я мозгами, — будильник еще не звенел, значит, спим дальше». Сделала несколько оборотов на кровати, пытаясь найти то самое идеально удобное место, которое обычно находишь под утро, когда надо уже вставать. Не нашла. Фиг с ним. Улеглась и провалилась в сон.

Проснулась я с подозрительным чувством паники — мне показалось, что я проспала. «Нифига, — решила я, — будильник-то еще не звенел». Будильник? Я протянула руку к тумбочке и нашарила телефон. Благополучно со смачным чмаком он упал на прикроватный коврик. Блин, засада. Подняла его, тыкнула на кнопочку. И тут меня осенило — экран не светится. Ёкарный бабай!

Пожарники могли бы позавидовать моей скорости вскакивания с кровати в тот момент. Я ловко ударила по выключателю. Зажмурилась, а затем с огромным трудом разлепила глаз, почему-то только правый, и выпучила его на настенные часы. Так оно и было! Проспала! У-у-у, леший, угораздило же меня полениться поставить телефон на зарядку! Умываться!

Дунула в ванную, включила воду в душе и, в полете скидывая с себя пижаму, вскочила под воду. Мама-мия, санта лючия! Вода оказалась леденющая! Зато сон как рукой сняло. Выдержала я такой утренней бодрости около 30 секунд. Дальше решила, что я уже чистая, и закрыла вентиль горячей... типа, горячей воды.

Чистя зубы, отправилась на кухню, ставить кофеёк. Засыпала молотый кофе в турку, поставила на медленный газ и пошла обратно. Бодро отодвинула дверь шкафа и с умным видом уставилась на одежду. Будто она должна была сама выпрыгнуть и одеть меня. Так, сегодня пятница — свободный день... Это хорошо... Джинсы, вы сегодня официально разрешены, — выйти из шкафа! Напяливая одной рукой джинсы, держа в зубах пенную щетку, а второй рукой сняла с плечиков кофту женственной розово-бежевой расцветочки. «Отлично!»- сказала я и выронила изо рта щетку в зубной пасте на кофту. Бли-и-ин... Поняла, что я — не Цезарь, и с несколькими делами сразу не справляюсь. Дотянула джинсы до нужной позиции, вернулась в ванную, отправила кофту в корзину для белья и отмылась от зубной пасты все той же холодной водой.

Застегивая перед зеркалом пуговицы простой клетчатой рубашки, я услышала запах... запах кофе. Прижаренного кофе... Рванула на кухню и поняла, что кофеёк отменяется: кофе устроил свой собственный апокалипсис на плите. Отличненькое начало дня! Выходя из кухни, как та лисица, несолоно хлебавши, я бросила тоскливый взгляд на отрывной календарь на стене. Цифра 13. М... Вот оно что...

В прихожей накинула кожаную курточку, застегнула ботильоны на каблуках и вышла в подъезд. Одной рукой наматывая цветастый шарф на шею, второй — пыталась попасть ключом в замок.

Как только я сделала шаг из подъезда, в лицо мне плюнула осень мелкой моросью. Та-дам! Потому что зонтик я и не догадалась взять — ночью Луна вовсю сияла. Когда уже успели тучки набежать? Сделала шаг и тут... нога неестественно подвернулась и интересный «хряк» послышался: каблук застрял в сливной решетке перед входом в подъезд и отклеился у основания. Русские не сдаются! Я бодро развернулась и буквально влетела на третий этаж. Сходу удалось открыть дверь.

Вторая попытка выхода из подъезда была более удачна: на ногах были кеды, а в руке клацнул, раскрывшись, зонт. Я спортивным шагом, как нас учили в школе на физкультуре, рванула в сторону остановки. По дороге, естественно, собрала все лужи и очутилась в толпе студентов и спешащих на работу, поднявшихся, но не успевших проснуться, работяг.

Подъехала белая замученная «газель». Осада ее для меня не увенчалась успехом: передо мной грозная тетенька втянула свои ягодицы в леопардовых лосинах и, согнувшись буквой «Г», затворила за собой дверь. Да уж, не сказала бы, что ей повезло больше, чем мне. Я хоть и осталась на остановке, зато не буду вынуждена ехать 30 минут, прижав попу к окну двери.

Со второй газелью мне подфартило больше — я в нее поместилась. Правда, всю дорогу сидела посередине низенькой маршрутки на корточках, как пацанчики в кепарях, лузгающие семечки и базарящие по понятиям у подъезда. Я — не «пацанчег», и ножки-то у меня к концу поездки окончательно затекли... Хромающей ланью я буквально выпала из автобусика и устремилась к большому новострою, утыканному офисами, — где сидели и наши.

Бодро проскакала мимо охраны на проходной, показывая пропуск, я рванула к лифту. Тыкнула на стрелочку, указывающую в сторону неба. «А лифт не работает, — услышала я хрипловатый голос Василия из охраны — у них там какие-то профилактические работы до обеда». «Та-дам!» — опять прозвучало бодрящее у меня в голове. И я развернула свое изнеможенное тело к лестнице...

На уровне пятого этажа я начала уже было всерьез задумываться о необходимости начать ходить в спортзал. На восьмом — я решила, что пора сходить к кардиологу — что-то сердечко забивается, как птичка в клетке. На одиннадцатом — я подумала, что пора отказаться и от лишнего куска пиццы на выходных и, пожалуй, даже от бокала вина с подружками. К счастью, наша контора сняла офис всего лишь на одиннадцатом этаже. А то на 21-ом я уже, наверное, в религию готова была бы удариться!

Пятничное совещание. Я распахнула дверь широким уверенным жестом, делая вид, что такой офигенный рекламщик как я, может входить именно так на совещания: пиная дверь сапогом со шпорой, одной рукой натягивая свою ковбойскую шляпу на глаза, а второй — проверяя на месте ли револьвер. И при этом, смачно жуя кончик сигары.

Владимир Александрович, дяденька, наживший свои седины нелегким трудом, усмирил меня своим тяжелым взглядом. И все, спесь моя была сбита. «Приношу свои извинения. По трассе была огромная пробка из-за аварии», — промямлила я, отводя глаза в бок и косясь на коллег, надеясь на одобрение и поддержку. Хренушки, а не поддержка вам! Все сидели с умными лицами, пытаясь построить план по спасению собственной шкуры.

Чем мне нравился Владимир Александрович, так это тем, что он и слова не проронит, а все всё поймут сами под его суровым взглядом. Я шмыгнула на свободный стул, и он продолжил подведение итогов недели.

Вышла я из зала совещаний, прижимая к груди, как щит, свои бумаги с отчетами, которые мне не особо помогли — разгоняй, нагоняй и догоняй мне выписали по полной программе.

— Шо, Алисонька, пойдем по кофейку шандарахнем, прежде чем приступим к замаливанию грехов?
В горьких думках я не заметила, как Андрей подошел со спины и положил свою огромную лапищу профессионального спортсмена мне на плечо, так что я невольно присела на один бок.
— Тьфу, ты, ну-ты! Что за привычка дурная меня пугать?
— А че это ты такая нервная с утра?
— Да день что-то не задался с самого начала... Пошли.

Мы спустились на три этажа вниз и, отстояв небольшую очередь перед барной стойкой кафе, сделали свой заказ. Я отошла к окну, пока Андрей спасал бедную девушку с выражением лица, называемое «кофи-фейс», когда человек с утра еще не успел выпить этого волшебного напитка Астерикса и Обеликса. Он подал мне бумажный стакан с пенным мокко. Я сделала глоток и подумала, что «все не так уж плохо на сегодняшний день», как в песне про пачку сигарет. Даже если учитывать список задач, нарезанных начальником на планерке, которые лучше всего завершить сегодня, если я планирую завтра увидеть выходной.

— Наши завтра вечером хотят в бильярд сходить, шары погонять. Ты с нами?
— А то! Мне только команду дай, и я — впереди паровоза!
И тут Андрейка поднимает свою левую руку, чтобы по-братски водрузить мне ее на плечо (вот же ж дурная привычка!), и нечаянно бьет по дну стакана с кофе.
В голове пронеслась мысль: «все, больше сегодня к кофе вообще не прикасаюсь — не везет мне с ним, ой, не везет...»

И вот я стою вся такая красивая и задумчивая, а пенка нежно-бежево-коричневого цвета растекается по моему шарфу, рубашке в клетку и стекает по джинсам. «Тепло-то как...», — отчего-то подумала я...

Следующие 15 минут я провела в туалете, замывая пятна. Хоть и говорят, что у женщины в сумочке можно найти все, но вот я в свою сумочку как-то сегодня запамятовала положить комплект чистой рабочей одежды на всякий случай. А так обычно, да — я при полной экипировке из дома выхожу... Ага...

Ощущение сырой одежды на теле никогда меня не радовало. Может потому, что конкурс мокрых маек с моей фигурой никогда не выиграть? Я сидела в малой переговорной прямо на ковровом покрытии, прижавшись к стене спиной. И теребила только что включенный телефон, от которого тянулся черный проводок в розетку. О, электричество — ты наш добрый друг и злейший враг!

Дверь переговорной отворилась. Я высунула макушку из-за стола, как та лягушка — выпученные глаза из болотца. Это была Света.
— А ты чего здесь?
— Медитирую, — задумчиво ответила я.
— На что?
— Ну как на что? На виллу на Канарах, на зарплату в необъяснимо великой сумме и на ничего неделание.
— А...тогда я к тебе присоединюсь.
— Валяй.

Света уселась за стол и разложила бумаги. Начала в них с очень умным видом ковыряться. Пока я за ней наблюдала, в руке завибрировал телефон. От неожиданности я подпрыгнула. На экране засияло лицо с фотографией моей подруги.

— Да, Ольча, что у тебя случилось?
— А как ты узнала, что что-то случилось?
— Да у меня сегодня не день, а сплошной заговоренный бермудский треугольник. Рассказывай.
— Петрушка пропала.
— Каким образом? Испарилась что ли? Она же у вас на улицу не выходит.
— Без понятия! Максим утром на работу ушел, я сегодня выходная — пошла досыпать. Встала часов в 10, а ее нигде нету... Что делать-то?
— Так, релакс, подруга, ща че-нить придумаем. Я могу после работы заскочить к тебе. Но судя по кипе бумаг, это будет не раньше 10 вечера.
— Да ладно, Макс обещался с работы отпроситься. Щас должен перезвонить, пойдем искать.
— Засада. Ладно, держись подруга, найдется наша Петрушенция.
— Да, спасибо за поддержку. Напишу о новостях к вечеру.

Дело было около полугода назад. Я шла в гости к Ольчан, поднималась на этаж и возле ее двери увидела котенка. Маленький, хорошенький. Я занесла его Оле.
— У, какая прелесть! А че это у нас загривок кучерявый, как у моей петрушки на подоконнике в горшке?
Так котенок и стал Петрушкой.

Расстроенная сиим фактом, будто бы я — крестная мать Петрушки (хотя, в каком-то роде, это ведь так), я подобрала свои конечности с пола переговорной и направилась на рабочее место. Работу еще никто не отменял. И она, вот досада, сама не сделается.

Наш кабинет был интересным местом. Огромное пространство, а посередине стоял один большой и длинный стол. Компьютеры располагались напротив друг друга. С одной стороны обстановочка была непринужденной, и мой сосед напротив — тот самый Андрейка, не стеснялся иногда закинуть ноги на стол, положив клавиатуру на свои могучие колени. Но сегодня он был скромен и вежлив до неприличия.

— Алис, ну ты же на меня не обижаешься? — сказал он и надул губки по-девчачьи, что разом скинуло всю мою на него злость. Он подпихнул через стол шоколадку «Риттер спорт». До сих пор помню эту рекламу: «Практиш. Квадратиш. Гут». Гении рекламы!

Но я решила, что так просто ему с рук не сойдет... Пришло время мести. Суровым взглядом я смерила всю его необъятную фигуру.
— Хорошо, у тебя есть шанс вымолить прощение. Ты готов?
Страх промелькнул в его глазах, но он понимал, что от меня так просто не отделаться.
— Говори, чем могу служить, моя госпожа?

Я подавила желание добродушно рассмеяться и величественно встала из-за стола. Взяла сумочку и пошла в обход стола. Какой дурак додумался сделать стол на 10 человек, по пять с каждой стороны, — его же нереально быстро обойти! Я шла медленно и грозно, нагнетая обстановку. В кабинете, кроме нас, было еще пятеро наших коллег. По моей мерной поступи по ковровому покрытию в сторону Андрея, они поняли, что сейчас будет происходить что-то интересное. И оторвали свои замученные пятничной работой глаза от бумаг и экранов.

Я подошла. Облокотилась на стол сбоку от Андрея своей главной точкой опоры и открыла сумку. Достала из косметички тени, тушь, румяна и блеск для губ. Положила на стол перед ним.
— Красься.
Он не стал перечить. А просто поднял ошарашенные глаза на меня и спросил: с чего обычно начинают? Я сказала, что он может начать с теней.

Минут 15 он возился со всеми моими принадлежностями. Я забыла обо всех несчастьях этого утра, и наслаждала свой взор тем, что наблюдала, как огромный брутальный мужик с трехдневной щетиной рисует на своем лице. Когда он закончил, все, кто был в кабинете, стояли, столпившись вокруг нас, и наперебой давали советы, комментировали и фотали на телефоны.
— Все?
— Не-е-ет. Пошли.
— Куда?
Таких больших глаз у Андрейки я еще не видела. Впрочем, наверно, это тушь придавала им такую выразительность.
— В туалет.
— Насиловать будешь?
— Ты сейчас поймешь, что лучше б я тебя хотела изнасиловать...
Я отвернулась от него и, наконец, перестала скрывать улыбку. Вся толпа последовала за нами. В коридоре толпа идущих в женский туалет приросла случайными зеваками из других контор.

Мы зашли в туалет. Все не поместились, и часть осталась толпиться снаружи, выглядывая друг из-за друга и снимая на телефоны.
— Доставай свой супер-пупер айфон.
— Зачем?
— Не бойся, я — не членовредитель...
Загадочно отозвалась я. Андрей изъял свой «мега-мозг» из заднего кармана брюк.
— А теперь ты делаешь фото в зеркале и размещаешь его на 12 часов на своей странице «В контакте».

Он посмотрел на меня в последний раз с мольбой в глазах. Но понял, что пререкаться бесполезно. И сделал это! Последовали бурныеовации, а я, наконец, перестала корчить из себя железную леди и рассмеялась от души.
— Поздравляю! Ты прошел тест на отличного друга! Умывайся, давай — вот тебе мыло. А фото сохрани на память. Не надо ничего никуда размещать.

Он улыбался, и я бы даже сказала, что розовый блеск для губ среди русой щетины ему шел. Он своим любимым жестом прихлопнул меня по плечу, попросил подержать телефон и стал умываться.
Андрейка, ты сделал мой день!

Толкотня и суета по этому случаю улеглась лишь через час. Все, наконец, перестали обсуждать фишку пятницы и занялись работой. А я весь этот час бесцельно тыкала по полю «Сапера», вместо того, чтобы обзвонить всех потенциальных клиентов за неделю и завершить форматировать договор с «Асторией-Плюс». Так, незаметно, подкрался обед. Или ланч, как местный офисный планктон называл возможность бить баклуши за капающую на их счет зарплату. На ланч мы обычно ходили в кафе, которое было в этом же здании, но с другого входа. Лифты по-прежнему не работали, поэтому пешая прогулка вниз далась нам легко, не так, как наверх — с полными животами.

Вспомнив все сегодняшние злоключения с кофе, я твердо решила, что его заказывать не буду. Заказала какую-то овсяночку с изюмом и травяной чаек. Сидим за столиком вчетвером. Беседуем о погоде, о начальнике и о планах на выходные. Все как обычно. Мне иногда кажется, что смысл нашей жизни заключается втом, чтобы ждать выходных, обсуждать выходные, зарабатывать деньги для того, чтобы хорошо провести выходные, хорошо их проводить, а потом всю неделю обсуждать прошедшие выходные и планировать новые выходные. Как было в одной рекламе: все, ради этих дней! И они были чертовски правы!

Я без особо удовольствия жевала свою изюмную кашу. И тут, послышался существенный хруст, и дикая боль пронзила мою нижнюю челюсть... Это был камешек из изюма! Та-дам... С грустью подумалось мне.

Позже, стоя в туалете и изучая свою уже неидеальную белозубую улыбку, я убедилась в том, что туалет — то место, в котором мне сегодня везет побывать. Итог: сколота пломба на коренном зубе. Бли-и-ин... Надо записаться к врачу.

Коллеги встретили меня со скорбными лицами и предложили возвращаться на рабочее место, так как время битья баклуш подошло к концу. Взобравшись на одиннадцатый этаж, все мы почувствовали себя альпинистами. Бодрее всех был Андрей. Этому штанги нипочем, а тут — всеголишь ступеньки. А вот дохленький Коленька полз даже позади нас с Лидой.

Ладно, время работать. Видимо, у всех нормальных людей работа начинается лишь после двух дня, несмотря на то, что они приходят на нее к восьми.

Я провалилась в свои бумаги и звонки клиентам на два часа, забыв обо всем. И вытащил меня из этого увлекательного процесса голос Максима. Не тот, который муж Ольчи, а тот, который с соседнего отдела.
— Народ, еду до почты, кому по пути надо чего?
— Да! — подскочила я со стула. — Меня прихвати до Комсомольской площади? Мне договор надо подписать с клиентами.
— Хорошо, через 15 минут у входа жду в машине.
— Ок, буду.
Я наскоряк сгребла бумаги со стола — нужные и ненужные. Распихала экземпляры договора по прозрачным папкам. И позвонила в «Асторию». Мариночка сказала, что начальница ждет меня в 4.30. Отлично! Выезжаю.

Я забилась на заднее сидение рабочего авто Максима, он включил какое-то бла-бла радио. А я бесцельно пялилась в окно, подперев правую щеку рукой. Зуб мерно ныл.

Дождь закончился, но было пасмурно и серо. Осень, как осень впрочем. Нечего на погоду роптать. Лето придет всего через каких-то восемь месяцев!" Мой оптимизм неиссякаем", — подумалось мне.

Мы подъезжали к площади, на которой Максим должен был меня высадить. Посередине возвышался храм, отчего-то не с золотыми куполами, как мы все привыкли, а с синими. Но синий был красивый — цвета ясного неба. А кресты были золочеными. Я задумалась о том, что давно не ходила в церковь и не ставила свечку. Не то чтобы я была слишком набожна, но когда на тебя наваливается столько всего разом, то стоит откуда-то брать основу для оптимизма.

Максим остановился, я вывалилась из машины в серость дня. И он, включив поворотник, отправился в путь далее. А я нацелилась в сторону бывшего здания Профсоюзов, которое приспособили, как и многие бывшие здания, под офисы разнокалиберных фирм. Протопав на второй этаж по длинным коридорам и бетонным заливным полам серого цвета в мелкую белую крошку камня, я пошкряблась в кабинет «Астории» и открыла дверь. Значительно скромнее, чем я это делала утром, опоздавши на планерку.

Марина встретила меня широкой улыбки хозяйки дома. Предложила присесть, чаю и набрала по внутреннему телефону свою шефиню. Причем, умудрилась это сделать одномоментно! Я вспомнила, как утром пыталась разом одеться и почистить зубы, и была провальна в этом, но она... М-м-м, верх совершенства! Вот у кого стоит поучиться.

Шефиня «Астории», честно говоря, была из тех женщин, которую язык спокойно повернется назвать старой грымзой — злобной, язвительной и вечно всем недовольной. Но при этом, активно молодящейся: делающей подтяжки, прически и наряжающейся в странные аляпистые костюмы. В этот раз она была похожа на клумбу: на ней был зеленый атласный пиджак с золотой рюшей по воротнику. Композицию «а-ля недоучившийся флорист» дополняла огромная искусственная роза в светло-коричневых, закрученных в стиле учительницы младших классов в 90-х волосах.

Глядя на все это, я вспомнила строчку из утренней молитвы Оптинских старцев: «Господи, дай мне с душевным спокойствием встретить все то, что принесет мне наступающий день... Аминь!», и с огромным усилием натянула радушную улыбку, стараясь, чтобы она не перешла в разряд злобного смеха за кадром из комедийных фильмов ужасов.

— Надежда Ивановна (боже, да у нее даже имя, как у учительницы младших классов!), скажите, у вас остались какие-либо вопросы по документам и по условиям работы?

— Алиса, мы с вами этот несчастный договор подписываем уже месяц как. И заметьте, не по моей вине...

Ну, это она загнула... Можно подумать, это я прохлаждалась на Багамах две недели этого месяца со своим новым ухажером? И вот что интересно, она меня старше лет на двадцать, а к ней липнут мои ровесники! «Хоть бы один ко мне прилип», — с досадой мелькнуло в моей голове. Хотя я полностью и не понимала — на кой черт он мне сдался? Ну, так, чтобы было.

Отчетливо понимая, что ей перечить не стоит, так как этот спор может затянуться часа на два, я в очередной раз улыбнулась своей самой очаровательной улыбкой. Как мне тогда показалось... Но из-за ноющего зуба, улыбку перекосило набок. И получился зловещий оскал. Это я поняла по выражению шефини... Бедняжка!

Чтобы быстрее выйти из сложившейся ситуации, я решила подпихнуть ей бумаги на подпись и свалить из этого места. И тут я поняла, что папка с документами осталась на заднем сидении авто Макса. Жесть... Самый нудный договор не будет наконец-то закрыт в эту чудную пятницу! И я даже догадываюсь, какие кошмарные сны будут меня мучить все выходные — мой начальник с грозным взглядом и эта чудо-женщина в рюшах и узорах.

— Давайте уже свои бумаги.
— Эм, Надежда Ивановна, я говорила, как вы сегодня чудесно выглядите?
— Только сегодня? Ну, все равно спасибо.
— Я оставила папку с документами в машине у водителя. Вы не против, если я его наберу? Может быть, он еще не успел уехать далеко?

Я вышла из кабинета, слушая гудки в трубке. Максим, ответь мне. Возьми трубку, милый ты человек! Ой, можно подумать, что если я буду приговаривать, он и вправду услышит?

Моему счастью не было предела, когда Максим сказал, что он не уехал далеко. Тупо не смог — какая-то девушка на какой-то красненькой машинке «догнала его в бампер» на соседнем перекрестке. Вот вроде бы и хорошо, что он тут, недалеко, и вроде бы плохо — у человека машина пострадала. Теперь и не знаю, радоваться или огорчаться? А вдруг это мое невезение ему передалось? Воздушно-капельным путем, что ли? Лучше бы половым, честное слово, — ни у кого за сегодня тогда не было бы шансов от меня этим заразиться.

Я вышла на сырой, немного прохладный воздух, держа в руках заветный договор. Ну, хоть от начальника в кошмарных снах есть шанс спастись.

Вернулась я в контору своим пешим ходом, потратив на прогулку около 40 минут. Но мне было полезно. Сегодняшний день совершенно выбил меня из колеи. К тому же, предстоящее писание отчетов по возращению на рабочее место никак меня не радовало. Я поняла, что уснуть я толком не смогу. И решила по пути зайти в аптеку. Взять чего-нибудь для этого полезного дела.

В аптеке меня встретила приятная женщина с уставшими глазами — видимо, такие, как я, ее за сегодня тоже задолбали.

— Дайте, пожалуйста, что-нибудь, чтобы успокоиться.
— Ну, так это вам не к нам, а в магазин в соседнем доме.
— А там что?
— А там бутылка вина и закуска.
— И вот тут вы чертовски правы. Но боюсь в моем тяжелом случае только этим не справиться.
— Валерианочки?
— А что-нибудь из тяжелых наркотиков?
— Персенчик?
— Да, будьте добры.
— Пачку десять таблеток или двадцать?
— Давайте двадцать. У меня еще впереди такая же неделя предстоит...

Лифты заработали, в коридорах народу поубавилось — все-таки шесть вечера пятницы. В нашем кабинете остались двое. Андрейку я встретила в дверном проеме.

— Завтра все в силе? — Многозначительно посмотрел он мне в глаза.
— Угу, во сколько?
— В пять.
— Надеюсь, не утра?
— Ты все шутишь?
— Да чтобы поплакать, платка нету, приходится шутить.
— Ладно, давай-досвиданья.
— Чао, красавчик.

Я засела за отчеты, включила транс-музыку и, мне кажется, потерялась в каком-то собственном орбитальном пространстве. Закончила ударно трудиться я в полдесятого вечера. Вот все нормальные люди в течение всей недели работают. А я всю неделю баклуши бью, а потом резко начинаю вкалывать в последний рабочий день. Где адекватность в моей женской блондинистой голове?

Я покидала все возможно понадобящиеся мне принадлежности в свою дамскую сумочку размером с полмешка картошки и отправила комп на покой.
— Лида, хороших выходных.
— Ага, и тебе того же.

Радовало, что я — не последняя блондинка на селе, Лида меня перещеголяла и осталась сидеть в кабинете.

Дошла до остановки. Уже прилично потемнело, но тучки почти все разогнало. Неужели этотдлинный день подошел к концу? Нифига подобного! Автобусы в мою «деревню» уже не ходят. «Та-дам...», — в сотый раз с грустью мелькнуло у меня в голове. О, такси!

— До Степной сколько?
— 700.
— Да ладно?!
— Можешь пешком прогуляться.

Блин, мне сегодня сплошные шутники попадаются. Обижено хлопнула дверкой и выдала командное: «Ладно, уж, поехали».

Я зашла домой, совершенно убитая сегодняшним днем. Бросила куртку, ключи и сумку прямо на пол в прихожей. Стащила с себя кеды и на них упал «кофейный» шарф.

Прошла в кухню, включила свет на вытяжке над плитой. И лениво пошкрябала присохший кофе на плите. Завтра отмачивать буду. Сегодня лень. Есть совершенно не хотелось. Я выдвинула ящик стола и достала оттуда приныканную пачку сигарет, которые извлекались только в случае крайней необходимости. На пачке ручкой было приписано: «Алиса, ты уверена, что сегодня именно тот самый случай?»
«Да, — выдохнула я, — одна не повредит».

Одной рукой щелкнула по кнопке вытяжки, а второй — поднесла зажигалку к сигарете. И с облегчением подумала, что дикий день закончился. Аллилуйя! Чиркнула колесиком. Эм... Я поняла, что день не закончился, когда учуяла запах вовсе не сигареты, а горелого фильтра. «Та-дам!» — пронеслось у меня в голове... Ну, вот и покурили... Я затушила сигаретку в пепелке.

Глаза зацепились за календарь, на нем торжественно значилась красная цифра «13». Э! Подождите-ка, черти полосатые! Как это красным? И тут меня осенило: я оторвала два листка подряд — завтра будет тринадцатое, и завтра будет суббота. И никакая сегодня не пятница тринадцатое.

Я подошла к окну и нашла на небе луну. Пора к окулисту — луна-то не полная, а уже отъеденная с одной стороны, пошла на убыль, как дня четыре наверно уже. Вот так я прожила это нереальное полнолуние в несуществующую пятницу тринадцатого.

Задумчиво глядя в окно, я шелестела оберткой «Персена»...

Глаза я закрывала с мыслями о том, что пора идти в спортзал, перестать употреблять кофе в таком количестве, чтобы меньше нервничать. И главное правило: проверять телефон на наличие нормального уровня батарейки каждый вечер. «Да, обязательно. С понедельника и начнем, — твердо решила я, — с понедельника, Алиса».

П.С.: А Петрушка нашлась. В тот же вечер. Хоть и осень, но дома пока еще тепло, и Ольча часто оставляет балкон открытым. Проветривает. Эта звезда, естественно, ходила туда гулять. Все бы ничего. Только откуда у некоторых кошек такое стремление почувствовать себя канатоходцами? Вот и Петрушенция, шарилась взад и вперед по перилке, но не удержалась и сорвалась... Благо, этаж всего второй. От страху это домашнее существо забилось под трубы теплотрассы и просидело там, пока заботливые хозяева не выманили ее оттуда и не забрали обратно в уют и тепло.

Катерина Ковальски

Статья первоначально была размещена на www.myjulia.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи
«Человек родился!» Что нужно знать о р... Чтобы понять, о чем речь, начните с этого - короткий, но шедевральный мультфильм...
История про то, как в Москве «зайцев разводя... В памяти маячит история одного из сатириков: - А ты чем занимаешься? – Я з...

Подпишитесь на нашу рассылку

и узнавайте об интересных новостях первыми